Внимание. Заметка с личной страницы человека:
https://vk.com/id574627286Я никогда не влюблялась. Я не понимаю саму концепцию романтических отношений.
Думаю, все мои знакомые и так помнят, но все же решила уточнить, прежде чем писать дальнейший текст.
С детства я замечала, что всех, кого я знала, в книгах и фильмах привлекает совсем не то, что привлекает меня. Всех интересовали отношения Малдера и Скалли, а я хотела, чтобы романтических отношений у них не было — к чему отвлекать внимание от интересной истории, добавляя в сюжет то, что и так есть в каждом фильме? Мне говорили про симпатичного Куинна из «скользящих», но меня в сериале интересовало не это. Все сводили истории диснеевских принцесс к большой любви и замужеству, но для меня они были совсем о другом.
И если лет до десяти все спокойно принимали то, что меня не интересуют красивые парни и большая любовь, то после давление стало усиливаться. Все чаще мне говорили про влюблённости, парней и романтические истории, рассказывали о том, как влюблялись в персонажей в моем возрасте. Все чаще мама рассказывала про свою первую любовь, одноклассника, с которым она встречалась в четырнадцать. Все чаще и чаще я слышала рассуждения о том, что если я ещё не начала влюбляться, то скоро обязательно начну. Потому что так «у всех», потому что по-другому «не бывает».
Я говорила, что мне понравился какой-либо фильм, и у меня спрашивали про любовную линию, парней, про то, в кого я влюбилась и так далее (пытаться обьяснить, что интересного в сюжете, было бесполезно, — брали рандомного героя фильма и объявляли, что я в него влюблена). Если я слушала песню о любви, — мне говорили о том, что я влюблена/мечтаю влюбиться/скоро влюблюсь.
Я взяла почитать какую-то книжку, фантастику, и сестра, увидев, что на обложке мужчина, сразу сказала: «наверно, там главный герой, в которого можно влюбиться!».
Я честно пыталась научиться изображать то поведение, которого от меня ожидали. Пыталась для начала хотя бы научиться писать в тетрадку что-то очень-очень типичное про любовь. У меня не получалось. Написанное вызывало отвращение. Внешность людей по-прежнему была безразлична. Романтические отношения все так же казались скучной ерундой. Сломать себя мне так и не удалось. Попытки, начавшиеся, когда мне было чуть меньше двенадцати, в тринадцать были заброшены полностью.
Я больше не пыталась обсуждать сюжеты фильмов и книг с другими людьми. Женщины и девушки каждый раз съезжали на тему парней и любви, мальчики говорили про драки и перестрелки. Первое меня раздражало, второе казалось невыносимо скучным. А про меня всегда говорили, что я влюбилась.
Я знала, что у этого есть причина — я девушка. Девушек пытаются воспитать так, чтобы они были зациклены на большой любви и парнях, и большинство без проблем усваивает это и повторяет. У меня же ничего не получилось. Я ненавидела всех вокруг за то, что они поддерживают эти глупые стереотипы.
Позже я выросла и поняла, что все не так просто. Когда я перестала быть подростком, мне стали ВЕРИТЬ, когда я, как обычно, говорила, к примеру, что много лет назад «Звездные войны» привлекали меня тем, что в фильме была выдуманная религия, а «Люди икс» — тем, что там потрясающе была показана тема дискриминации. И... люди не игнорировали это, объявляя, что мне нравится кто-то из парней, а... слушали! Те же самые люди, которые пятью-десятью годами ранее игнорировали ровно те же самые слова. Те же самые женщины, которые по-прежнему были склонны обсуждать только любовные линии, теперь ВЕРИЛИ мне.
Тогда я поняла, что дело было не в том, что я девушка. Дело было в том, что я девушка-подросток. Их сексизм не был силён настолько, чтобы считать, что любая женщина может интересоваться только большой любовью, они сами были склонны к подобному, но знали, что другие женщины все же могут не мечтать о большой любви и читать Сестру Кэрри из-за «неинтересного» реалистичного описания американской жизни столетней давности, Мастера и Маргариту — из-за «скучной» линии про Иешуа, а «Пену Дней» — из-за оригинальности и «непонятных» пародий и отсылок. Они знали, что женщины — личности, просто не верили, что у МОЛОДЫХ девушек тоже есть индивидуальность.
Вот она, интерсекциональность в действии.
Конечно, мне очень сильно повезло с семьей и окружением — довольно часто можно наткнуться даже на «феминисток», которые дегуманизируют женщин, в своих рассуждениях сводят их до уровня зверька, неизменно повторяющего то, чему научился от старших.
Это и радфем, уверенные, что все без исключения женщины делают определенный выбор по одним и тем же причинам, и якобы «менее» консервативные «феминистки», по факту почему-то уверенные, что любой интерес женщины сводится, в конечном счете, к любви и отношениям. Таким даже эйджизма не надо, сексизма хватает на то, чтобы уверенно впихивать всех женщин в рамки своих стереотипов.
Но все-таки пересечение эйджизма и сексизма даёт огромный эффект в любом случае. Когда девушку начинают считать «взрослой», резко отбрасывают СТОЛЬКО сексистских стереотипов, что я бы не поверила, если бы не видела это лично.
Теперь мне интересно выяснить, как относятся к девушкам-подросткам люди из той среды, где взрослым женщинам говорят, что изучать любую область, где есть мужчины, женщина может только из-за романтических или же сексуальных переживаний.
Самым интересным тут, кстати, является то, что, если подумать, объективно нет разницы, переться от сцены с крылатым мальчиком, от истории с сыном Страйкера из 2-3 фильмов про людей икс, потому что обе потрясающе жизненны и наглядно показывают дискриминацию на пересечении эйджизма с чем-то ещё, или влюблённо пялиться на какого-нибудь росомаху и восхвалять его, там, прическу или шмотки, не помню, за что там обычно его внешность наваливают.
Разница-то... Что одно, что другое, — обычная развлекуха. И чтобы впервые задуматься о пересечении дискриминаций, только увидев ее в людях икс лет так в пятнадцать, по-моему, надо быть законченной ватой. Так что в обоих случаях это эмоционально-эстетическое наслаждение, не более.
При этом все равно afab подросткам зачастую отказывают в признании возможности обращать внимание на ту развлекуху, которая им ближе. Это именно что не недооценка ума, ум здесь не сильно нужен — это отрицание индивидуальности.
