понедельник, 10 августа 2020 г.

Настоящая история чеченского гея

 




О дискриминации ЛГБТ в Чечне говорят активисты и пишут СМИ всего мира, но проблема в том, что очень часто в этих история чеченские ЛГБТ-люди оказываются объектами, а не субъектами. У них нет права голоса, и за них говорят российские белые «спасители», используя свою вписанную в культурный код колониальную перспективу. Поэтому истории об ЛГБТ-людях из Чечни зачастую рассказаны теми, кто добавляет в них свои исламофобные и расистские предрассудки, или как минимум с простым непониманием чеченского контекста. Мы взяли интервью у одного из чеченских геев, чтобы разоблачить множество активистских стереотипов — от демонизации родственников ЛГБТ-людей из Чечни до ксенофобии внутри сообщества.


1.Расскажите немного о себе и своей семье (какое имя сейчас используете, кем были ваши родители, сколько детей в семье, когда и почему уехали из Чечни, где живёте сейчас).

Меня давно знают под именем Лео, так я начал представляться когда открыл свой первый бар в Москве.

У меня обычная чеченская семья, но уважаемая, как говорят в Чечне. У меня большая семья даже по чеченским меркам и я младший в семье. Мои родители зарабатывали свой кусок хлеба честным трудом. У мамы был орден- Мать-героиня. Отец ездил на заработки в Среднюю Азию, а мама работала в больнице. Все в огромной семье отучились и получили высшее образование. Я, последний, из-за начавшейся войны, был вынужден уехать учиться в Москву. Эмигрировал в США недавно, полтора года назад, после нападения на меня в Москве.


2. Расскажите о том, как к вашей сексуальной ориентации относились родственники.

Надо сначала объяснить, что тема секса в чеченском общество абсолютное табу и не важно какой это секс.

Сложно объяснить это человеку извне, так как почти во всех обществах секс присутствует так или иначе, в чеченском обществе секс, как и личные отношения внутри семьи -это абсолютное личное дело партнеров и любое публичное проявление считается неприличным. не важно кто именно эти “партнеры”, публичное проявление личных чувств осуждается, таких как поцелуи, держание за ручки. Это происходит даже на уровне совместного просмотра кино, если будет на экране поцелуй или, уж тем более, половой акт, то определенно переключат канал.

Странно было бы исход из этого, если бы я обсуждал свою идентичность с кем-то, даже с кем-то близким из семьи. Не знаю, понятно ли это или нет. Если говорить про «инаковость» вообщем смысле, то все это видят и глупо считать, что кто-то этого не понимает. Говоря “инаковость” я имею ввиду увлечения, взгляды, пристрастия. если парень не интересуется девушками-это определенно сложно не заметить.

суббота, 8 августа 2020 г.

О содоме и гоморре

 Важный кусок текста не только для христиан, но и для иудеев и мусульман

I. Содом и Гоморра

Прежде всего, важно понять, что в античности люди не имели представления о гомосексуальности как идентичности, ориентации или образе жизни. Фактически в древнееврейском и древнегреческом языке нет слова, которое отражало бы современное понимание гомосексуальности. На том уровне понимания, который был в древние времена, они могли рассматривать гомосексуальность как единичные акты, а не комплексный феномен. Более того, термин «гомосексуальность» был введен в обращение только во второй половине XIX века, а слово «гомосексуальный» было впервые использовано в Библии только в 1946 году, когда был опубликован Пересмотренный стандартный перевод (Revised Standard Version).

Первое предполагаемое осуждение гомосексуальности мы встречаем в истории о Содоме и Гоморре, в книге Бытия 19:1-11, согласно ей Бог уничтожил города за их «беззаконие». История рассказывает нам, что группа мужчин заставляла Божьего служителя Лота выдать им трех гостей-мужчин (они не знали, что гости на самом деле ангелы), чтобы они могли «познать его», то есть вступить с ним в сексуальные отношения. Лот категорически отказывался это сделать, а в какой-то момент предложил взамен своих девственных дочерей, но жители Содома не проявили к ним интереса.

Однако нигде в этом тексте не говорится, что эта толпа чем-то отличалась от разбойничающих гетеросексуалов: нам просто говорят, что жители хотели изнасиловать гостей Лота. Очень долго из этого текста извлекалось предположение, что бесчинствующая толпа состояла из гомосексуальных мужчин и что гомосексуальность процветала в Содоме. Такое понимание текста привело к ошибочному, но, к сожалению, широко распространенному в качестве библейской истины заключению, что Содом и Гоморра были уничтожены за «грех» гомосексуальности. Именно из этого ошибочного прочтения родились термины «содомит» и «содомский закон», последний использовался для криминализации однополого секса даже между взрослыми людьми по взаимному согласию в Америке и ряде других стран. Трагично осознавать, что такие законы все еще существуют и активно продвигаются в пугающе большом количестве стран.

Хотя сама Библия рассказывает нам другую историю: задолго до всей этой шумихи с гостями Лота Бог уже осудил Содом за то, что его жители «были злы и весьма грешны» (Бытие 13:13), очевидно, это общее обозначение для всех видов проступков. Но в чем именно заключался грех Содома? Книга Иезикииля (16:49) объясняет, что эти грехи не были связаны с сексуальностью, а скорее заключались «в гордости, пресыщении и праздности» (то есть жадности), потому что «она руки бедного и нищего не поддерживала». Пророк Иеремия (23:14) обозначает те же причины, и вновь среди них нет гомосексуальности. В Евангелии от Матфея (10:14-15) Иисус намекает, что Содом был уничтожен за грубое негостеприимство — реальную угрозу для общины и физического выживания в сельском мире того времени. Послание Иуды (1:7) в основном приписывает уничтожение Содома сексуальным преступлениям, но снова без указания на гомосексуальность: «Как Содом и Гоморра и окрестные города, подобно им блудодействовавшие и ходившие за иною плотию».

Библейские ссылки на Содом и Гоморру в подавляющем большинстве касаются вопросов алчности, бессовестности и насилия как главных грехов, секс (и гетеросексуальный, и гомосексуальный) почти не упоминается. Более того, еврейские авторы не ассоциировали грех Содома и Гоморры с гомосексуальностью до появления работ еврейского философа Филона Александрийского в первом веке нашей эры, спустя 600-700 лет после создания книги Бытия. Но даже тогда его мнение цитировалось с различными оговорками вплоть до шестого века нашей эры.

Из всего вышесказанного следует неизбежный вывод: использование термина «содомит» со всеми его аморальными и греховными коннотациями в качестве обозначения гомосексуального человека не имеет никакого основания в Библии, потому что история Содома и Гоморры не связана с гомосексуальностью. Очень важно осознать этот ключевой момент, потому что такое трагическое непонимание сегодня приводит к социальной маргинализации и прямому насилию в отношении гомосексуалов.»


Источник: https://www.nuntiare.org/что-библия-действите…

Чориа-Чори: "Я вам не Иньяки Уильямс"

  

Я не говорю за всех басков иностранного происхождения, не пытаюсь создать Единственно Правильный Образ™. Но, пожалуйста, и вы в свою очередь этого не делайте. 

 

Ситуация 1: 

 

Чори: Я басконка. 

Кто-то: Ты русская/человек мира/псих/предательница/культурный апроприатор/"особенная снежинка". 

 

Не надо так. 

 

Ситуация 2: 

 

Чори: Я басконка. 

Кто-то: Значит, ты как Иньяки Уильямс? 

 

И так тоже не надо. 

 

То, что во втором случае мою культурную идентичность не отрицают, отнюдь не значит, что с этим случаем всё нормально. Вы узнали о существовании басков иностранного происхождения благодаря футболисту Иньяки Уильямсу? Отлично. Вы сводите опыт любого из нас к его опыту? А это уже не ок. 

 

Давайте объясню наглядно. Хоть это и немного стереотипная вещь, возьмём пинчоак (баскские сложные бутерброды, в России более известные под испанизированным названием "пинчос"). Представим, что один такой бутерброд — образ одного конкретного баска, родившегося в не-баскской семье, ингредиенты — опыт (как привилегии, так и угнетение и обесценивание), а одинаковые шпажки, которыми всё скреплено, — это общая культурная идентичность. 


Ингредиент 1. Иньяки Уильямс родился в Стране Басков. Благодаря месту рождения его культурную идентичность не обесценивает даже футбольный клуб "Атлетик Бильбао", знаменитый своей политикой отбора игроков по происхождению. Это же обстоятельство помогло ему овладеть баскским языком в лучшей степени, чем мне, родившейся в России и начавшей изучать этот язык в возрасте 18 лет. Как видите, наши "пинчоак" изначально приготовлены на разном "хлебе".


Ингредиент 2. У Иньяки Уильямса типично баскское имя и при этом не-баскская фамилия. С одной стороны, имя помогает окружающим считывать его как баска. С другой — вопрос "как тебя зовут на самом деле/по паспорту/дома?" никто ещё не отменял. Кстати, вопросы "есть ли у тебя баскское имя?" и "где твои четыре/восемь баскских фамилий?" задают и мне. Имя у меня не баскское (Чори, хоть и используется изредка в качестве имени вообще, в моём случае нечто вроде никнейма в интернете, в общении я его не использую), фамилия (одна-единственная) тоже. Что-то в нашем опыте похоже, что-то отличается. Это можно сравнить, например, с крабовым салатом, приготовленным по разным рецептам. Намазываем его на хлеб!


Ингредиент 3. Стереотипно баскская внешность. Что греха таить, встречаются ещё такие люди, которые определяют национальность по внешности. И тут уже как раз меня иногда принимают за потомственную басконку. В России ещё часто спрашивают, кто из моих предков — "дети Испании" (никто). Да, я вписываюсь в эти стереотипы не полностью, но баски цвета (и в частности Иньяки Уильямс) не вписываются в них совсем, и это может спровоцировать отрицание опыта в не меньшей степени, чем недостаточное знание языка. Здесь наш опыт отличается настолько же, насколько, скажем, бутерброд с креветкой не похож на бутерброд с оливкой.


То, что получилось, действительно относится к какой-то общей категории ("пинчоак" или "баски иностранного происхождения"). Но эти категории отнюдь не однородны по своему составу. Идентичность одного человека совсем не обязательно составлена из тех же компонентов, что та же идентичность другого (как раз напротив — двух таких людей было бы довольно трудно найти). И изобретать "единственно правильный способ быть баском" — всё равно, что "узаконивать" один каноничный рецепт пинчоак, отвергая сотню других. 


Этот же принцип можно применить и к другим культурным идентичностям, и, скажем, к аутизму ("я не Темпл Грэндин"), и вообще много к чему. Разумеется, вместо пинчоак можно взять что угодно другое, что покажется вам подходящим (например, кубики Лего). 


Только не пытайтесь подогнать чью-то идентичность под тот "рецепт", который вы считаете классическим или единственно правильным.

Айман Экфорд: Мифы о «секс-джихаде»

 Триггер: сексисткая и эйджистская лексика

Очень часто в Российских СМИ про молодых девушек, которые уехали в Сирию, писали что они поехали на «секс-джихад».

Мол, есть фетвы, якобы разрешающие джихадистам трахать юных наивных дурочек.

Мол, девушки, вступающие в ДАИШ, настолько глупы что верят, что попадут в рай, если переспят с головорезом — ой, то есть точнее они просто озабоченные самки.

Цель подобных статей понятна — выставить джихадистов извращенцами, думающими только о сексе в этой и следующей жизни.

Проблема лишь в том, что ни один авторитетный источник до сих пор не подтвердил, что такое явление как «секс джихад» существовало.

Этот миф родился в Тунисе, в стране, где все так плохо что люди вступали в ДАИШ просто чтобы найти работу потому что Тунис погряз в коррупции и безработице; в стране, с которой началась Арабская Весна, но которая сменила одну диктатуру на другую; в стране, в которой девушкам не давали работать и учится, если они носят никабы, — в лучших традициях Совка.


Этот миф распространился в Сирии — в стране, где проправительственные силы кричали: «Асад или мы сожжем страну», в стране, где подростков пытали за антиправительственные лозунги на стенах школы.

Этот миф набрал популярность в России.


Не видите ничего общего? Почему-то он силён именно в странах с авторитарным коррупционным режимом, где практикующие мусульманки (в случае Сирии — мусульманки-сунниты) подвергаются жесткой дискриминации, и вместо того, чтобы решать социо-экономические проблемы, проблемы со свободой слова, с дискриминацией и нетерпимостью общества, правительство просто штампует фейки.


И все было бы ничего в этом мифе о секс-джихаде, если бы он не был настолько эйджистким и сексистким.

Я ничего не имею против антитеррористической пропаганды — если она строится на правде, я только за.

Но я против того, чтобы с чем бы то ни было боролись с помощью сексистких стереотипов «бабы интересуются политикой только из-за недотраха», «все девушки мечтают только о парнях, и даже переезд в Сирию и участие в незаконных вооружённых формированиях может быть вызван только этими мечтами», и эйджистким «молодым девушкам так просто промыть мозги» и «молодежь волнует только секс».

Подобный подход только ухудшает уровень жизни молодых девушек, вынуждая их искать «спасение» где угодно подальше... хоть среди террористов, и помогает замять реальные проблемы общества и реальные причины радикализации, которые никогда не бывают настолько просты.