четверг, 24 мая 2018 г.

Дженнифер Гросман: "Встречайте Girlboss: феминизм в капиталистической одежде"

(Примечание: Интересная статья о том, что не каждое позитивное изображение женщины-предпринимательницы является про-капиталистическим)
Источник: The Atlas Society
Девушка в разноцветной одежде сидит, развалившись в кресле




«В пятнадцать лет ей впервые открылось, что женщины железными дорогами не управляют и что люди будут возражать против ее стремления. К черту, - решила Дагни и мысль эта более не смущала ее».
Этот проблеск феминистского самосознания Дагни Таггерт, главной героини книги «Атлант расправил плечи» Айн Рэнд очень похож на тот, что вы можете увидеть на страницах книги
#Girlboss (#Начальница), хотя в бестселлере Софии Аморусо, больше признания гендерных барьеров. Эта книга вдохновила Netflix на создание сериала Начальница, который рассказывает о том, как этой женщины удалось пройти путь от анархистки, рыскающей по свалкам, до долларовой мульти-миллионерки и основательнцы компании Nasty Gal, Inc, производящей одежду для женщин.

- Мне никогда не казалось, что у меня могут быть проблемы из-за того, что я девушка, - пишет Аморусо. Среди всех препятствий, с которыми она сталкивалась в своей деловой карьере, явно нет сексизма. Почему тогда Софи Аморусо называет свои мемуары «феминисткой книгой»?

Возможно, по тем же причинам, по которым многие мужчины-бизнесмены пишут о том, что они должны что-то «возвращать обществу», хотя они ничего у него и не забирали, а их бизнес дал людям
работу, услуги, богатство и инновации. Потому что в нашем обществе у обездоленных все еще более высокий статус, чем у творцов.

Так Аморусо создает новую и спорную капиталистическую женскую ролевую модель. Подобно тому, как Вирджиния Слимс в шестидесятых и семидесятых использовала слоган «У тебя позади долгий путь, детка» для того, чтобы продавать женщинам сигареты, превратив рекламу в суфражистский праздник, современные предпринимательницы используют розовый цвет и нечеткие феминистские идеи для того, чтобы продавать косметику и аксессуары.

Аморузо размышляет о том, что ее шансы на то, чтобы оказаться в собственном офисе были примерно такими же, как «шансы что снежный шар окажется в аду». Шансы, что она откажется от социалистического мировоззрения, привитого ей в старших классах ее любимым учителем, казались еще менее перспективными.

Ее раннее презрение к капитализму помогло ей сформировать собственное отношение к потребительству. В течение первых 13 эпизодов нового сериала на
Netflix вымышленный вариант Софии украл коврик, бутылку шампанского, копию «Начала бизнеса на eBay для чайников», бутерброды, плюшевую обезьяну и рождественскую елку.

- На самом деле никому ничего не принадлежит, - так, по ее словам, тогда думала настоящая Аморузо. - Я много говорила о том, что я не верю в «собственность».

Она вела эти беседы вначале со своим «прогрессивно-либеральным» учителем истории в старших классах, а потом со своими знакомыми «активистами, эко-активистами, натуралистами, бродягами, феминистсками» и т. п.

К ее чести стоит признать, что настоящая Софи в конечно счете признала, что она воровала не у воплощения образа «Богатого Мужчины», а у реальных людей. Ее взгляды все еще больше похожи на взгляды Эбби Хоффман и Эммы Голдберг, чем на взгляды Аристотеля и Айн Рэнд, но они, кажется, достаточно расширились для того, чтобы иногда размещать в твиттере цитаты Рэнд с хештегом #mondaymotivation.

В своих мемуарах-бестселлере #Girlboss, по которым снят сериал Netflix, она пишет о том, что ее взгляды не изменились, просто она научилась идти на компромисс: «Когда-то я считала, что участие в капиталистической экономике было бы для меня смертельно, но теперь я понимаю, что такое мучительное восприятие политических последствий каждого моего шага не было похоже на настоящую жизнь».
Если вы надеетесь увидеть в ее мемуарах или в книге, что Аморузо признает положительные стороны той системы, которая сделала ее богатой и знаменитой, вы их там не найдете.
Она совсем не похожа на Дагни Таггерт.

Так что было бы ошибкой считать всех, кто называет себя
girl boss» воплощением идеалов Айн Рэнд. Выдуманный вариант Софи из Girlboss и реальные предпринимательницы «розового рынка», ставящая хештег #girlboss — это не столько примеры рационального эгоизма, сколько примеры феминистского оппортунизма.
‘Girl Boss’ (или, #girlboss) показана как новая сильная феминистская ролевая капиталистическая модель, - и это просто маркетинговый ход. Girl Boss, будто это реальная Софи Аморузо или любая женщина-предпринимательца на обложке Fast Company, должна быть воплощающей социальный успех феминисткой — примером для подражания а-ля «если она смогла, вы, леди, тоже сможете!»

Она амбициозна и настойчива — и она босс, который так явно не стыдиться того, что она женщина! И это было бы (вероятно, должно было быть) интересным поворотом современного феминизма, если бы этот образ был более капиталистическим, и основанным на представлениях о том, что человек должен действовать, исходя из собственных интересов.

Но это не так. Сейчас это просто образ женщины, хештег, модное издания, линия помады, и это медиа-идентичность, указывающая на женское место в капиталистического сестринстве.

Да, вы не ошиблись — я говорю именно о сестринстве. О феминистском сообществе с очень четким моральным кодексом, который осуждает любого, кто не соблюдает этот кодекс.
Вы можете заметить это, если понаблюдаете за продолжающейся культурной критике Кардашян (а-ля: это семья сильных женщин, зарабатывающих миллиарды долларов с помощью семейной медиа-империи, но при этом они посмели носить обтягивающую одежду и фотографироваться голышом), или травлю, которой подверглась со стороны других феминисток глава компании Thinx Мики Агравал.

Даже София Аморузо, первая Girl Boss, подвергается нападкам со стороны феминисток-мелениалов за то, что по их мнению она недостаточно поддерживает про-женскую культуру в своей компании (в которой она вскоре ушла с поста генерального директора).
Капитализм, служащий для усиления прав и возможностей других женщин, воспринимается как нечто положительное только когда он служит «общественным» целям, а не целям личности: «girl bosse» думают не о своих банковских счетах, а о том, как обеспечить более высокой зарплатой своих подчиненных-женщин, и дать им больше преимуществ. Они не могут быть эгоистичными и полностью следовать своим интересам.

И жаль, что так вышло, потому что модель Girl Boss могла бы предложить интересную альтернативу представлениям о том, что значит быть влиятельной женщиной.

Вымышленная София Аморезо показана амбивалентно-эгоистичной: она агрессивна, когда дело касается достижения цели, но она склонна ограничивать свои личные интересы, и произносить мотивирующие речи для женщин. Вероятно, было бы интереснее, если бы этот образ был
все же больше похож на доминирующие представления о настоящей Аморузо — жесткой и открыто эгоистичной предпрнимательнице, которая скорее будет цитировать Айн Рэнд, чем Глорию Стейнем. Или на Мики Агравал, или на одну из Кардашьян — на женщину которая не стесняется удовлетворять свои амбиции, игнорируя тех, кто ее ненавидит, и отказываясь подчиняться тем, кто считает что она должна придерживаться каких-то феминистских моральных «обязанностей».

Было бы гораздо более интересно — и вдохновляющие — если бы девочки могли
увидеть ролевую модель бизнес-леди и предпринимательницы, которая действовала бы в своих интересах, не стесняясь этого и не извиняясь за это — которая была бы потрясающей начальницей, но при этом ее история не была бы сосредоточена на том, что она женщина.

______
На русский язык переведено специально для проекта Пересечения.