пятница, 11 декабря 2015 г.

Вероника Беленькая: "Мы можем только говорить. Но можем ли мы говорить?"


Что делать, если вы живете в мире, где большинство людей не похожи на вас? Если вы мыслите не так, как они, и иначе воспринимаете мир? Вы являетесь иностранцем в своей собственной стране - их культура, та культура, которую вам приписывают, в которой вы выросли, является для вас не менее чужой, чем культура племени канадских индейцев но этого, конечно же, никто не замечает. Вы чужой в свой стране - более того, нет страны, в которой вы бы перестали чувствовать себя чужим, культурная пропасть могла бы стать меньше при переезде, но она все равно никуда не исчезнет.

Эти вопросы я хотела бы задать вам - союзникам аутичных людей. А теперь представьте еще, что, кроме всех этих различий, вас бы считали извращенцами, уродами и "биологическим мусором" просто за то, кем вы родились. Вы не могли бы открыто говорить о том, кого вы любите и что вы думаете, вам приходилось бы постоянно следить, чтобы не сболтнуть лишнего, потому что вы бы знали, что большая часть населения страны хотела бы от вас избавиться - отправить на принудительное лечение того, что всем мировым сообществом признанно здоровой вариацией, изолировать или убить. Именно с этим сталкиваются гомосексуальные и бисексуальные аутисты. Трансгендерным аутичным людям приходится и того хуже. Большинство из них хоть раз в жизни подвергались сексуальному или физическому насилию. Многие из них живут в постоянном страхе. Они читают информацию о том, как на других трансгендерных людей, не аутичных, а значит более защищенных, регулярно нападают на улице, как их избивают и зачастую убивают. Если у них есть знакомые - другие трансгендеры, то они видят, как это происходит с их знакомыми и понимают, что они сами могут быть следующими.

Если бы вы жили бы в еврейском гетто в фашистской Германии, вы могли бы говорить об антисемитских притеснениях и об угрозе для жизни со своими близкими и знакомыми, которые жили бы рядом с вами в этом же гетто. Они понимали бы ваши страхи и понимали бы грозившую вам опасность. Они пытались бы помочь вам и спасти вас. Потому что эта опасность была бы частью их реальности.


Очень мало ЛГБТ-подростков встречают понимание в своей семье. Вне зависимости от их нейротипа. Более того, зачастую члены семьи - те самые люди, которые представляют для них наибольшую опасность. Я знаю людей, аутичных ЛГБТ, которых выгнали из дому их собственные родители после камин-аута или которые подвергались сексуальному "коррекционному" изнасилованию со стороны членов своей семьи. При этом они более беззащитные, чем неаутичные ЛГБТ-подростки. Им сложнее обратиться за помощью, у них реже есть друзья, готовые помочь, им сложнее найти работу и жилье...
И очень часто, если им все же удается обратиться за помощью, к примеру, к кому-то из других членов семьи, если им помогают, они все равно слышат бесконечные:
- Ты сам виноват, зачем было выбирать такую жизнь?
 Иногда это звучит доброжелательно, потому что люди, которые так говорят, не понимают что сексуальную ориентацию невозможно выбрать. Точно так же, как по собственному желанию нельзя стать или перестать быть трансгендером. Это - научно доказанные факты, это признают все ведущие специалисты, но не всем людям, особенно в нашей стране, это известно.
Иногда они слышат:
- Зачем же ты сказал! Ты должен был молчать, не должен был говорить им!

Только задумайтесь об этом. Вы, если вы гетеросексуальный человек, можете сказать свои родителям и друзьям о своем возлюбленном. Вы можете держать его за руку или целовать у всех на виду. Если, например, вам от рождения был присвоен женский пол и вы всегда чувствовали себя женщиной, вы можете читать женские журналы, покупать косметику и делать женскую прическу в парикмахерской, и никто не увидит в этом ничего предосудительного. Вы даже никогда не думали о том, что это может быть привилегией и что кому-то, кто с самого детства считал себя девочкой но у кого между ног расположены другие половые органы, это недоступно. Что за то, что считается "правильным" поведением для вас, другого могут даже убить, потому что решат, что он ведет себя слишком "вызывающе".
Почему другие люди не имеют право на то, что считается естественным для вас? Почему другие люди вынуждены отстаивать то, что вам дается так просто? Почему так много людей вынуждают их к этому? Вам это не кажется странным? Странным и совсем, совсем неправильным?

И подумайте еще вот над чем. Евреи в гетто могли говорить со своими знакомыми и близкими о своих страхах и о грозившей им опасности. Даже у евреев в фашистской Германии была такая возможность. Они могли просить помощи у своих близких. Они знали, что их проблемы поймут и что их проблемы признают важными. И благодаря тому, что рядом были люди, считающие их проблемы важными и грозившую им опасность реальной, некоторым евреям удавалось спастись и избежать концентрационных лагерей. Они сбегали из гетто вместе со своими знакомыми из других семей, у которых были связи, либо им помогали родственники, жившие в других городах и в других странах. Если даже им не удавалось спастись, если они стали жертвой системы, существующей в государстве, до этого им не приходилось страдать от издевательств со стороны своих близких. Потому что близкие понимали их проблемы!
А теперь подумайте вот над чем  - каждый год в нашей стране совершаются преступления на почве гомофобии и трансфобии. Каждый год в нашей стране из-за этого погибают люди. Каждый год из-за этого сотни подростков подвергаются травле и насилию дома и в школе. И многие из них кончают с собой. Эти подростки лишены той возможности, которая была даже у евреев в гетто. Просто говорить о своих проблемах. Попросить помощи. Найти понимание и защиту со стороны друзей и близких людей.
Каждый год аутичные дети в школе и дома подвергаются травле и насилию. Каждый год многие из них кончают с собой. Каждый год аутичных людей незаконно помещают в психиатрические интернаты, тысячам аутичных людей отказывают в трудостройстве и в необходимой медецинской помощи просто из-за безграмотности, из-за того что работодатели или врачи просто не знают о том, что могут и не могут делать аутичные люди, как они в норме ведут себя, как они реагируют на определенные разражители, как они мыслят и как вообще стоит "расшифровывать" их поведение. Аутичные люди могли бы объяснить это. Они могли бы говорить об этом. Но их не хотят слушать. Их проблемы не признаются, в том числе и их близкими, при том что даже проблемы евреев в фашистской Германии признавались проблемами - признавалось существование проблем, а близкие этих евреев - которые сами были евреями - считали эти проблемы очень важными.
ЛГБТ-аутичные люди не могут быть услышаны и как аутичные люди, и как ЛГБТ-люди.

Сейчас я не буду писать о трансфобии. Да и я не уверена, что я тот человек, который может хорошо рассказать о ней - я не трансгендер. Женский пол, присвоенный мне при рождении, меня всегда устраивал, я никогда не хотела стать мужчиной и не чувствовала себя мужчиной, хоть гендер и пол для меня практически ничего не значат. Но я привилегированная - я никогда не сталкивалась с теми притеснениями и с той травлей, с которой регулярно сталкиваются транс* люди. Поэтому дальше я буду писать о своем опыте, о себе, как об аутичной цисгендерной  лесбиянке. Я сейчас не буду говорить о гомофобии и об эйблизме. Об этом итак уже было сказано и написано немало, и мною, и другими людьми.

 Я хочу сказать о тех, кто не является ни гомофобом, ни эйблистом. О людях, которые советуют мне замолчать. Которые говорят, что если не говорить о проблеме, то не будет никаких проблем, никаких угроз, никаких скандалов, а значит проблема автоматически решится. Да, я встречала множество людей, которые говорят подобные вещи и когда речь идет об аутистах и когда речь идет об ЛГБТ+.

Мне придется разочаровать таких людей.

Умалчивание проблемы никогда не приведет к решению проблемы. Если горит дом и люди будут молчать об этом, пожар не потухнет. Если, например, здание кинотеатра планируют захватить террористы и те, кто знает об этом не сообщат в полицию, молчание не спасет посетителей кинотеатра. Если аутичных людей не берут на работу от того, что они аутичные, молчание об этом не обеспечит им рабочие места. Если гомосексуальные подростки подвергаются семейному насилию и их выгоняют из дома, молчание об этом не улучшит ситуацию. Наоборот, оно ситуацию только ухудшит, потому что, если о проблеме не говорят, если о проблеме никто не знает, то никто не будет ее решать. Никто даже не будет думать о том, что проблему надо решать.
Это как в случае с горящим домом - пока кто-то не позвонит пожарникам, пожарники не узнают, что дом надо тушить. Те, кто замалчивает случаи насилия и дискриминации, не решают проблемы - они делают так, чтобы эти проблемы усугублялись, они способствуют повторению все новых и новых случаев насилия. И власти, и люди, заинтересованные в борьбе за права определенных групп людей решают те проблемы, которые являются актуальными. Актуальность определяется на основе статистики. Но если, например, от сексуального насилия в городе за год пострадало сто женщин, а обратилось в полицию всего пять или десять, то разве сексуальное насилие будет выглядеть серьезной проблемой? Пять случаев за год - это ничто. Полученная статистика - пять случаев за год, отличная и обоснованная причина для тех, кто мог бы принять меры, искать преступников, привлечь внимание к проблемам насилия, ничего не делать. Ведь остальные 95 случаев так и остались неизвестными. Получается что те, кто стал жертвой насилия и замалчивает о нем, невольно становится пособником новых случаев насилия.
То же самое в случае дискриминации аутичных людей и ЛГБТ-людей.
Вы можете сказать, что власти все равно ничего не будут предпринимать, чтобы решить эти проблемы.
 Но во-первых за всю историю человечества проблемы никогда не решались сами собой. Чтобы власти поняли, что они должны защищать какую-либо группу населения в подавляющем большинстве случаев данная группа населения сама вынуждала власти к этому, она настаивала на правосудии и на предоставлении им равных возможностей. А это можно сделать только если другие представители данной группы знают об этих случаях насилия и дискриминации и могут принять меры.

А во-вторых аргумент, который так часто приводят сторонников умалчивания о том, что если о проблемах не говорить, угнетенные группы будут чувствовать себя в безопасности, попросту не работает. Как я писала выше, "угнетенные группы" знают о многих случаях насилия, очень часто их друзья и знакомые становятся жертвами насилия, часто они читают о насилии по отношению к себе подобным в интернете. Кроме того, они и сами часто сталкиваются с насилием и дискриминацией. Если о подобных случаев умалчивать, "угнетенные группы" не будут чувствовать себя в безопасности. Они просто не смогут привлечь внимание к своим проблемам, для них будет практически невозможно добиться справедливости и защищать свои права и, конечно, ощущение того, что безопасности нет, только возрастет. У этих "угнетенных групп" не будет даже той возможности, которая была у евреев в гетто - поделиться своими страхами, обратиться за помощью, искать помощи и, если повезет, получить необходимую поддержку.

Вначале этого текста я писала о том, что значит быть ЛГБТ-аутистом для многих ЛГБТ-аутистов. О том опыте страха, насилия, непохожести и отвержения, который гораздо реже встречается у не аутичных людей, у гетеросексуальных и цисгендерных аутистов и даже у ЛГБТ-нейротипиков.
Итак, если мой первый аргумент против умалчивания основан на том, что умалчивание не помогает решать проблемы, а только их усугубляет: и в жизни одного человека, подвергшегося насилию и дискриминации и в жизни группы населения, которая находится в "зоне риска", то мой второй аргумент это то, что борьба с невежеством и предрассудками может идти только через корректное информирование.

Действительно, откуда нейротипичному человеку знать, как аутичный человек воспринимает мир и как он мыслит? Откуда нейротипичный человек может знать что приятная вечеринка может быть для кого-то невыносимой из-за сенсорных проблем, или что человек может быть "иностранцем" в своей же культуре?
Большинство нейротипичных людей никогда не задумывались о подобных вещах не потому что они эйблисты или имеют что-то против аутичных людей, а просто потому что они даже не знали, что о таких вещах можно задумываться. Они сами никогда не сталкивались с подобными проблемами. Их знакомые никогда не сталкивались с подобными проблемами. Аутичные проблемы для них - что-то вроде проблем инопланетян из фантастического фильма о котором они знают только его название.
Большинство людей, даже родители аутичных детей и знакомые аутистов, не знают что такое аутизм, потому что об аутизме нет практически никакой информации. Один из самых распространенных запросов, по которым находят мой первый сайт "нейроразнообразие в России" выглядит примерно так: "аутизм и умственная осталость - одно и тоже?" Некоторые специалисты, которые объявляют об аутизме родителям аутичных детей называют аутизм "детской болезнью" и всерьез верят, что не бывает взрослых аутистов. Что можно при этом говорить об их понимании аутичных людей? Как они могут помочь этим родителям понять и защитить своего ребенка?

О гомосексуальности люди должны знать больше, чем об аутизме, потому что эта тема поднимается гораздо чаще, в том числе на телевидении и в СМИ. Но телевидение и СМИ зачастую просто плодят предрассудки. Многие мои знакомые верят, что гомосексуальные мужчины похожи на женщин, а гомосексуальные женщины - на мужчин, и что гомосексуальность - это просто распущенность и личный выбор человека. Разговоры о гомосексуальности (и бисексуальности) в их восприятии являются всего лишь разговорами о сексе, о том, кто что делает в своей постели. Конечно, если считать, что все разговоры об ЛГБТ (да, почему-то иногда к "сексуальной теме" приплетают и трансгендеров) - это разговоры о сексе, то можно понять их нежелание говорить на данную тему или пренебрежение к данной теме. Не вижу в сексе ничего плохого, но, с точки зрения общества, тема секса считается неприличной, грязной, а значит, и разговоры об ЛГБТ в восприятии этих людей неприличные и грязные. Кроме того, кому какое дело что кто делает в своей постели? Я ведь не обсуждаю что делает в своей постели соседка тетя Глаша и обсуждать не хочу - почему тогда, по мнению тех людей, я говорю им об ЛГБТ?
Потому что хотя секс, это, конечно, хорошо, разговоры об ЛГБТ - это чаще всего разговоры о гражданских правах, а не о сексе. Это разговоры о насилии, физическом и сексуальном, которому подвергаются ЛГБТ-люди, о травле в школе, о подростках, которых изгоняют из дома их родители, о людях, которые не могут открыто упоминать о тех, кого они любят тогда как все остальные делают это регулярно, о людях которых отказываются принимать на работу за то, что они "любят не того" и о прочих средневековых дикостях.
Задумайтесь вот над чем - если у вас есть муж или жена, то разговоры о вашей семейной жизни не ограничиваются только вопросами секса, правда? И когда вы говорите о вашей семье другим людям, вы ведь не говорите только о сексе? Наверное вы бы сочли своего своего знакомого извращенцем, если бы он сказал вам, что ни в коем случае нельзя говорить на тему семьи, отношений и брака потому что это "развратные разговоры о сексе". Вы бы подумали что "развратный" он, верно? Почему же тогда такая логика не срабатывает у вас, когда речь заходит об однополых парах?

Итак, придется признать что нейротипичные люди практически ничего не знают об аутизме. И что гетеросексуальные люди практически ничего не знают о гомосексуальности и бисексуальности. Разумеется, цисгендерные люди разбираются в проблемах трансгендеров не лучше.

При этом аутичные люди очень хорошо знают, с какими проблемами они сталкиваются, какой дискриминации они подвергаются и какая помощь им нужна.
Гомосексуальные, бисексуальные и трансгендерные люди тоже немало знают о насилии и ограничениях, с которыми они сталкиваются.

Аутисты могут рассказать каково это - быть аутистом. Они могут рассказать о многом - начиная от того, как аутисты видят мир и как они воспринимают те или иные вещи и заканчивая тем, что должны знать специалисты по кадрам чтобы они могли объективнее оценить аутичного работника.

ЛГБТ-люди знают каково это - быть ЛГБТ-людьми.
И, конечно же, ЛГБТ-аутисты лучше всех знают каково это - быть ЛГБТ-аутистами. И в опыте многих из них может быть много такого, что покажется необычным и важным как нейротипичным представителям ЛГБТ-сообщества, так и цисгендерным гетеросексуальным аутистам.
Если они будут говорить о своем опыте, люди будут лучше понимать их и их проблемы и вокруг них будет все меньше мифов и предрассудков. Будет меньше ксенофобии, потому что часто причиной ксенофобии становится настоящий страх перед тем, что человек не понимает.
Если аутистам, ЛГБТ-людям и ЛГБТ-аутастам будет позволено открыто говорить о своей жизни, о насилии, жертвами которого они становятся и о дискриминации, которой они подвергаются, то шансы на то, что случаев насилия и дискриминации станет меньше, увеличиваются.

Иногда мне кажется, что все, что мы можем - это говорить о наших проблемах и о нашем опыте. Все что мы можем сделать, чтобы получить равные возможности - это кричать о том, что они нам нужны. Под нами я имею тех представителей дискриминируемых и маргинализированных групп, у которых нет влияния, денег и связей. Мы не можем изменить систему изнутри, оплатить изменения или сломать ее и построить заново. Мы можем только говорить - ведь, в конце концов большинство ненасильственных акций, проводимых лидерами и представителями любых меньшинств направлены именно на то, чтобы желания данных меньшинств были услышаны. И многие из этих акций, многократно повторяющиеся, возымели действие. Вы можете увидеть это на примере движения за права афроамериканцев и движения за права ЛГБТ в США.

Итак, да, по сути, пока мы можем только говорить. Но некоторые люди, которые просят меня замолчать для моего же блага или считают, что свобода слова - причина всего насилия и дискриминации, с которыми сталкиваются люди, подобные мне думают, что мы не можем даже этого. Кто-то ради нашего блага, а кто-то ради своего спокойствия хочет, чтобы я замолчала. Если они думают, что молчание решит все мои проблемы то я написала весь этот текст, чтобы убедить их в обратном. Если же они хотят этого для своего спокойствия, если их слишком беспокоит несправедливость то я хочу снова (в который раз за этот текст) их разочаровать - если они уже слышали что говорю я или кто-либо другой об этой несправедливости, они не смогут этого уже забыть.

То, о чем я пишу, звучит очень банально, но очень часто оказывается, что люди не воспринимают то, что я говорю всерьез потому что я всего лишь...

Я всего лишь аутистка, я всего лишь лесбиянка, я всего лишь девушка, и мне всего лишь двадцать лет. Это значит, что мой взгляд не может быть объективным, правда, ведь в нем слишком сильная личная заинтересованность? Тогда почему они могут говорить о себе? Почему они говорят за себя, а не за жителей Уганды, которых они не знают, потому что никогда не были в Уганде?

Еще некоторые думают, что я не могу говорить, потому что я выгляжу младше своего возраста. Или что по этой причине я не могу владеть полной информацией на какую-либо тему, и что меня надо учить и просвещать. Почему-то многие люди не предполагают, что их собеседник может знать или понимать что-то, если он младше, если он аутист или если он не имеет высшего образования.

Возраст не гарантирует компетенцию. Высшее образование не гарантирует компетенцию. Нейротип, приближенный к норме, не гарантирует компетенцию. Отсутствие личной заинтересованности не гарантирует объективность.

И наоборот, если у человека всего этого нет, это не обозначает, что он не может говорить, что он ничего не понимает или что он не должен говорить о своих правах и о своих проблемах.