суббота, 21 декабря 2019 г.

Женщины во власти ИГИЛ*: рассказ учительницы

Источник: aljazeera.

(Женщина в никабе и учебники)


Предупреждение: описание насилия 

(Женщина из Сирии рассказывает, как ее заставляли пропагандировать детям войну, и что случалось с теми, кто отказывался это делать)


Меня зовут Айят. Мне 27 лет, я учительница начальных классов.

ИГИЛ* закрыло школы, превратило их в тренировочные центры для своих бойцов.

Они хотели, чтобы мы учили только стихам из Корана, где речь идёт о «джихаде», войне и убийствах. Нам не хотелось, чтобы дети учились подобным вещам. Так что я начала преподавать дома. Я договорилась с некоторыми родителями, чтобы они посылали ко мне детей, учила их в маленьких группках.

Но одна из матерей моих учеников слишком много говорила. Новости ходили по округе; так боевики ИГИЛ* узнали, что учительница преподаёт на дому и не следует их инструкциям. Они сказали моему мужу: «Лучше уж научиться уважать законы ИГИЛ* и учить детей в мечетях так, как говорим мы. Иначе…»
Это была угроза. У меня не оставалось выбора. 

Во время «курсов по изменению квалификации» нам постоянно напоминали, что мы теперь одни из ИГИЛ*, что мы обязаны подчиняться их правилам. У них были наши имена, и они тщательно за нами следили. Теперь мы зависели от них.

В конце курсов нам устраивали личное собеседование. Нас вызывали поодиночке, и заставляли принести клятву. Мы приносили ее в присутствии жены эмира. Это она подобными вещами занималась.



Мы начинали дрожать, как только видели машину религиозной полиции. В страхе отступали в сторонку, чтобы она скорее проехала.

Даже дома я чувствовала себя, словно под замком. Женщинам запрещалось смотреть в окно, даже открыть окно или отодвинуть занавески было нельзя. Даже если ко мне приходили соседки, я должна была выйти к ним с полностью прикрытым лицом. Мы всегда должны были быть полностью закутаны. Потому что было страшно, что кто-то из нас начнет болтать и упомянет, что кто-то открыл лицо.

Время от времени учителей навещал главный проверяющий, чтобы убедиться, что мы ведём себя так, как нам приказали. Поэтому мы жили в постоянном страхе.

У меня была очень близкая подруга. Ее звали Фатен. Она преподавала в мечети, как и мы все. Однажды, во время рабочего дня, неожиданно заявилась проверяющая, чтобы узнать, что и как мы преподаем. Фатен нарушила предписания, не следовала учебному плану, который был ей дан. Вместо этого она учила их рисовать и петь детские песенки.

Когда чиновница это заметила, она не на шутку разозлилась. Они поссорились. На следующий день они арестовали Фатен у неё дома. Ее обвинили в супружеской измене. Наказание за это - забивание камнями до смерти. Они тащат человека на специальную территорию, и там забивают его камнями. Так они с Фатен и поступили. Пусть покоится в мире.

Я знала одну влиятельную женщину. Она была женой эмира. Она приехала издалека, из чужой страны. Она была очень властной, с недобрым нравом. Она позволяла себе то, что никогда бы не позволила нам. Однажды она пригласила нас к себе домой. Мы не могли отказаться. Придя, мы увидели, как она живет на самом деле. Она носила нормальную одежду. Не была полностью закрытой. Она курила кальян, носила макияж и пользовалась парфюмом. [Это запрещено женщинам на территории ИГИЛ* - прим. переводчика].

Для членов ИГИЛ* женщины, в основном, являются объектом для удовлетворения сексуальных потребностей. И как способ завести как можно больше детишек, чтобы увеличить свою численность. 

У них было несколько видов брака, например, сексуальный «джихад» или брак с женщинами-военнопленными. Женщину-военнопленную продавали нескольким мужчинам - эмирам или обычным бойцам. А сексуальный «джихад» - это когда женщина выходит замуж за эмира или борца, потому что люди верят, что за это Бог вознаградит их так, как если бы они участвовали в сражениях.

Была там женщина по имени Ум аль-Яман. Она следила за всеми вопросами, касающимися брака и сексуального «джихада». У неё были данные женщин: имена, возраст, физические характеристики. Она координировала их встречи со всеми этими бойцами и эмирами. Эмиры предпочитали девственниц. У эмиров было больше власти и влияния, чем у обычных боевиков. Но у них у всех были свои конкретные требования к браку, свои личные предпочтения.

Когда ИГИЛ* объявило о создании нового отряда, им потребовались новые члены нашего возраста, женщины из мечети. Эти новые женщины стали использовать самые разные способы убеждения для того, чтобы уговорить других женщин принять участие в боевых действиях. Они льстили им, говорили, что они станут равными мужчинам; что у них будет влияние, власть и сила, и, конечно же, деньги. Они обещали им много желанного. Они использовали множество тактик, чтобы уговорить этих женщин. Они и меня попросили присоединиться к создаваемому ими отряду - отряду из женщин моего возраста - но я отказала, сославшись на проблемы со здоровьем. Я так сказала, чтобы они не решили, что я против них. 


*Запрещенная в России террористическая организация

—-

Эта запись была сделана  для документального фильма «Женщины ИГИЛ» от режиссера Томаса Дандуа. Интервью отредактировано для ясности и краткости. Это - третья часть пятисерийного текста.


На русский язык переведено специально для проекта Пересечения.