понедельник, 18 сентября 2017 г.

Айман Экфорд: «Игра Престолов — антиэйджистская история»

Арья Старк с мечом. Скриншот с первого сезона. Несмотря на юный возраст, Арья - один из ключевых персонажей сериала.


Одна из главных причин, по которой мне нравится сериал Игра Престолов, заключается в том, что дети в этом сериале показаны как полноценные люди.
Вы можете сказать, что практически все воспринимают детей как полноценных людей, и что именно так их и показывают во всех произведениях... и ошибетесь.

В нашем обществе дети воспринимаются скорее как «дополнение к взрослым», или как нечто, из чего в будущем может получится полноценная личность. Именно так дети изображаются в большинстве современных книг и фильмов —они ведут себя так, словно они значительно младше своего возраста, их мотивы основаны на стереотипах о представителях их поколения, а их проблемы либо показаны менее серьезными, чем проблемы взрослых, либо являются «частью» проблем взрослых. Например, распространенные проблемы детей из фильмов и книг это — смерть или болезнь одного из родителя, развод родителей, невозможность проводить с родителями много времени... видите закономерность? Проблемы детей напрямую завязаны на их отношениях с родителями, а все другие аспекты их жизни практически не показаны.

Если в «обычной» взрослой литературе есть значимые для сюжета персонажи -дети, они практически всегда оказываются дополнением ко взрослым персонажам. Ситуация редко показывается с точки зрения ребенка, если этот ребенок не является главным героем книги, который потом повзрослеет. Тогда этот персонаж показан не как дополнение ко взрослому персонажу, а как дополнение к себе в будущем.
Например, если в книге показано взросление героя, его проблемы обычно становятся серьезнее с возрастом. То есть, его детский вариант скорее должен сформировать его опыт, чтобы его взрослый вариант смог повлиять на сюжет. Это очень абсурдный художественный прием, ведь в жизни трагедии случаются с представителями самых разных поколений, и нет никакой закономерности между возрастом и серьезностью проблем.

Репрезентация детей обычно чуть лучше в книгах для детей, но все равно эти книги очень часто защищают эйджистские стереотипы, выставляют проблемы детей не очень серьезными, и показывают, что дети должны подчиняться взрослым, даже если им на первый взгляд кажется, что взрослые не правы. Одну из главных идей большинства книг для детей можно описать одним словом: «подчиняйтесь». Хороший ребенок должен подчиняться взрослым, и тогда все будет хорошо. Разве можно говорить о многогранности персонажа и о сложности происходящих с ним ситуаций, если автор книги на его примере хотел показать, как прекрасно подчинение?

И, конечно, практически во всех фильмах и книгах о современном мире у детей нет почти никаких прав и возможностей.

Мир Игры Престолов частично списан с европейского средневековья, и поэтому в этом мире подростки обладают практически теми же возможностями, что и взрослые, а дети чаще воспринимаются всерьез.

В цикле романов «Песнь Льда и Пламени» (ПЛИО) Джорджа Мартина, по которым снят знаменитый сериал, есть несколько ведущих персонажей-детей, с точки зрения которых описаны происходящие события: Бран Старк, Арья Старк, Джон Сноу, Робб Старк, Санса Старк и Дейнерис Таргариен.
Фактически, ПЛИО является самой анти-эйджистской серией книг для взрослых из тех, что я знаю, потому что важность и продуманность персонажей никак не связана с их возрастом. Важно заметить, что некоторые очень значимые для сюжета персонажи в наше время были бы дошкольниками или младшеклассниками.

В сериале всех персонажей сделали немного старше, чем в книгах, поэтому Дейнерис, Робба и Джона Сноу сложно воспринимать как детей, но все равно другие персонажи-дети все еще имеют для сюжета ключевое значение.

Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть на детей Старков, или на юную воительницу Лианну Мормонт, которая появилась в 6 сезоне.

Если бы я смотрела Игру Престолов лет 10 назад, я бы стала очень четко ассоциировать себя с Лианной.
В детстве я интересовалась политикой, историей различных кланов и династий, и ненавидела гендерные стереотипы. Поэтому маленькая воинственная девочка-политик, которая возглавляет Дом Мормонтов и упорно отстаивает как интересы своего дома, так и интересы всего Севера, мне бы точно очень понравилась. Даже больше, чем она мне нравится сейчас.

Еще одним очень близким мне персонажем является юная Арья Старк — мне нравится, что у нее нетипичные девчачьи интересы, нравится ее желание защитить свою семью и отомстить за своих близких, и нравится независимость ее мышления. Как и Лианна, она невосприимчива к гендерным стереотипам, но в отличие от Лианны, чья мать погибла на войне, у Арьи не было никого, кто поддерживал бы ее склонности и интересы. Практически всю жизнь Арью пытались заставить быть «нормальной леди». Ее пытались переделать все, кроме ее двоюродного брата Джона Сноу.

- Это не для меня, - сказала Арья в первом сезоне, когда отец рассказывал ей о том, что она не сможет строить крепости и командовать армией, но она выйдет замуж и родит сыновей, которые смогут это делать.
Примерно так же отвечала я, когда мне говорили о женской и мужской работе по дому, и о том, что для женщины самое главное — дом, семья и дети.

В отличие от Бриенны Тарт, которая стала воительницей только потому, что ее внешность не похожа на внешность леди, и от многих персонажей с феминистическими чертами из других произведений (вроде Скарлетт О'Хары из «Унесенных ветром» или Мод Уоттс из фильма «Суфражистка»), у Арьи с детства были феминистские взгляды, хоть она никогда не слышала такого слова как «феминизм».
Ее взгляды сформировались не благодаря, а вопреки существующей культуре (точно так же, как и мои).
И, несмотря на то, что Арья — ребенок, ее взгляды не показаны как нечто неполноценное и менее важное, чем взгляды взрослых персонажей.

Именно таких персонажей мне не хватало в детстве. Когда доминирующая культура пыталась внушить мне, что люди моего возраста ни на что не способны, мне хотелось бы увидеть сильных персонажей-детей. Не потому, что я хотела бы увидеть идеализированный образ себе подобных, а потому, что я знала, что мои собственные взгляды и интересы ничем не хуже взглядов и интересов взрослых, просто их не воспринимают всерьез. И меня раздражала неполноценность репрезентации детских персонажей точно так же, как меня раздражала неполноценность репрезентации персонажей-женщин.
Я понимала, что дети и подростки способны на большее, и их кажущаяся слабость связана скорее с тем, что их постоянно ограничивают, чем с «детской недоразвитостью» и «недостатком опыта».
Разумеется, в 10 лет у человека меньше опыта, чем в 20 (а в 30 меньше опыта, чем в 40), но, возможно, неумение детей решать серьезные проблемы связано с тем, что у них нет такой возможности?

В Игре Престолов это хорошо показано на примере юного Робина Аррена.
Мать Робина, Лиза Арен, подвергала сына гиперопеке. Она не позволяла показывать ему мир за пределами родового замка, не учила его сражаться, и почти до 10 лет кормила его грудью, как младенца.
Вероятно, поведение Робина больше всего напоминает современные стереотипы об избалованных детях (в их гипертрофированном виде) — он не умеет отвечать за свои поступки, и ему наплевать на проблемы других людей (он может прервать важные переговоры, потребовав, чтобы мама покормила его грудью, или настаивать на том, чтобы ценного пленного сбросили в Лунную Дверь, потому что Робину нравится смотреть на то, как люди падают с большой высоты).

Именно так представляют детей сторонники всевозможных эйджистских ограничений, забывая, что дети, похожие на Робина становятся такими из-за того, что их воспитывают практически так же, как воспитывали Робина.

Во многом, Робин является беспомощным и слабым потому, что ему не давали развиваться.
После смерти Лизы Аррен он стал лордом Долины, но он не способен ни защитить своих подданных, ни принимать важные политические решения, потому что ему практически ничего не рассказывали о мире, и не учили сражаться.

В отличие от Лианны Мормонт, Робин практически не разбирается в особенностях Вестероской политики, и является идеальным объектом для манипулирования.


Думаю, это очень хороший пример для эйджистов, выступающих за то, что детей надо ограждать от «взрослых проблем» и «недетской информации». Разумеется, из-за того, что Робин жил в средневековом обществе, в котором насилие является частью повседневной жизни, ему разрешали смотреть на казни и сражения. Но информационные ограничения и упрощения, с которыми он вынужден был жить, были не менее жесткими и не менее вредными, чем те, которым подвергаются современные дети.

Сравнивая Робина и Лианну, легко заметить, что дети в Игре Престолов не являются идеализированными и «слишком взрослыми». В сериале просто показано, что на характер человека влияет не только его возраст, а и среда, в которой он живет, и его личностные особенности.

***
Среди моих знакомых много фанатов Игры Престолов, и некоторые из них обращают внимание на репрезентацию тех или иных групп населения в художественных произведениях. Кроме того, я искала в интернете информацию о том, как поклонники сериала расценивают качество репрезентации представителей разных категорий населения.
Я натыкалась на критику недостаточной репрезентации чернокожих и цветных персонажей.
Я натыкалась на то, что сериал называют как «крайне феминистским», так и «женоненависническим».
Но практически никто не пишет о репрезентации детей, что кажется мне очень странным, потому что репрезентация детей в Игре Престолов лучшая из того, что я видела в современной массовой культуре.