воскресенье, 2 октября 2016 г.

Сара Уайтстоун: «О том, как мейнстримный феминизм продолжает увековечивать эйблизм (И как мы можем этого избежать)»

Примечание администрации сайта: Эти проблемы очень часто встречаются в российском феминистическом и ЛГБТ-сообществе. 

Источник: Everyday feminism

Source: Mobility International USA
(Фото азиатской девушки. Источник)

Предупреждение: Эйблистская лексика

Примечание: Мы, редакция Everyday Feminism,  хотели бы извиниться за то, что мы уделяли относительно мало внимания эйблизму и вопросам инвалидности. Мы хотим большее узнать об этих вопросах. Мы будем предпринимать шаги для того, чтобы исправить эту ошибку, и надеемся, что эта статья послужит началом более широкой дискуссии о важности вопросов инвалидности в контексте интерсекционального феминизма. 

Инвалиды являются самой многочисленной среди социальных групп «меньшинств». В  этой социальной группе больше всего разнообразия, и любой человек может приобрести инвалидность в любой момент своей жизни.

И, несмотря на все это, эйблизм присутствует даже в феминистских пространствах, и даже среди борцов за социальную справедливость.

В этих пространствах мы продолжаем использовать эйбистский язык и эйблистские метафоры. Очень часто мы используем эти фразы просто как способ выражения наших мыслей, но, тем самым, мы выставляем инвалидность как нечто очень негативное, ведь мы используем  в качестве ругательств слова, связанные с инвалидностью.

И при этом мы еще удивляемся тому, что женщины с инвалидностью часто считают, что мейнстримный феминизм полностью игнорирует в своем дискурсе как инвалидов, так и вопросы инвалидности.

Когда о людях с инвалидностью постоянно забывают в разговоре о дискриминируемых группах, это ухудшает последствия нашего угнетения.

И пока инвалидность не перестанут рассматривать как трагедию (то, почему почему подобный подход ошибочен - тема для другого разговора), мы должны очень внимательно следить за своей речью, чтобы избегать эйблистского языка. Особенно в разговорах о социальной справедливости.

Мы, как феминистки, должны ради этого изменить свою риторику.

Вот распространенные эблистские выражения, которые можно найти в феминистическом дискурсе (и предложения, чем можно их заменить).

Несмотря о том, что многие феминистки  понимают, почему не надо использовать эйблистский язык, они используют подобные фразы, которые являются эйблизмом. Итак, вот несколько примеров.



1. «Когда речь заходит об их привилегиях, они слепы!»
Не все люди готовы признавать свои привилегии. И когда люди не замечают свои привилегии, говорят, что они к ним «слепы».

В этом выражении «слепота» является синонимом невежества. Но незрячие люди не являются невежественными.

Слепота – это физическое состояние глаз, и это никак не связано с недостатком критического мышления, так что сравнение некорректно.

Обращая внимание на слепоту исключительно в контексте невежества, вы укрепляете стигму  и неправильные представления о незрячих людях и об их состоянии.

В подобных ситуациях лучше говорить: «они не понимают своих привилегий».



2. «Они к этому глухи»
Так говорят о людях, которые даже не пытаются понять то, что мы им объясняем. Так мы говорим о людях, которые пытаются игнорировать нашу перспективу.

Это выражение связывает глухоту с нежеланием или невозможностью понимания.  Но тем из нас, кто является глухим или слабослышащим, не нужно слушать для того, чтобы понять!

Так что лучше говорить: «Они отказываются понимать» или «Они не понимают».


3. «Расисты (гомофобы, сексисты и т.п.)  просто психические уроды»
Слово «урод» часто используется для того, чтобы обозначить что-то отвратительное или неправильное. К сожалению, это слово часто используют для обозначения инвалидов – потому что их считают «ошибкой природы».

Но люди с инвалидностью не являются ошибкой, и они не являются монстрами.

Некоторые люди с инвалидностью могут из протеста именовать себя «уродами» и «калеками». Но феминистки без инвалидности не должны использовать подобный сленг в качестве ругательства.

Вместо этого можно сказать: «Расисты просто мудаки» или «у расистов нет человечности».



4. «Мир стал каким-то аутичным!»
Люди используют эту фразу для того, чтобы сказать, что в современном мире люди эгоистичны и изолированы друг от друга. Но вместо этого она служит только укреплению ужасных стереотипов по отношению к аутичным людям.

Благодаря отвратительным организациям вроде Autism Speaks, мы, аллисты, можем считать, что аутичные люди не способны общаться, понимать и испытывать сочувствие. Но это ложь.

Аутизм, несмотря на всю многогранность этого состояния, является просто нейрологической вариаций. Аутичные люди, прежде всего, являются людьми, несмотря на мнение некоторых.

Так что вам лучше сказать: «Люди потеряли связь друг с другом».



5. Другие, более тонкие эйблистские выражения.
Кроме ругательств, которые легко распознать, мы также используем более тонкие эйблистские выражения в которых, как может вначале показаться, нет негативного подтекста.

Даже слова, которые, на первый взгляд, не являются оскорбительными, зачастую используются для маскировки определенных видов инвалидности, для отделения людей с этими видами инвалидности от всего остального человечества. Например, слово «особенный» до сих пор очень часто используется по отношению к людям с интеллектуальной инвалидностью.

Также у нас есть тенденция игнорировать существование людей с  инвалидностью, подбирая определенные фразы.

Мы часто говорим: «неужели ты не видишь, что я имею  в ввиду», «вы все слышали, что я сказал_а», или даже «мы стоим вместе ради солидарности». Эти фразы предполагают, что все люди могут видеть, слышать и стоять. Так мы формируем норму, в которую не могут вписаться очень многие люди.



О том, как мы дегуманизируем инвалидов.
Один из самых популярных способов, с помощью которых люди без инвалидности пытаются показать, что они поддерживают людей с инвалидностью, основан на использовании так называемого языка «сначала человек».

Союзники настаивают на том, что «прежде всего надо выделить, что мы говорим о людях, а не об инвалидности», и поэтому они используют выражение «люди с инвалидностью» а не слово «инвалиды».

Но, несмотря на хорошие намерения, движение за язык «сначала человек» основано на факте, что инвалидов зачастую не считают людьми.

И, хотя у каждого человека есть право выбирать, идентифицирует он себя со своей инвалидностью или нет,  инвалиды часто сталкиваются с тем, что люди без инвалидности сами начинают идентифицировать их исключительно с их инвалидностью. Например, для некоторых людей  я являюсь «той девочкой на коляске».

Сторонники языка «сначала человек» любят использовать аргументы вроде «я не вижу твоей инвалидности», которые используются из лучших побуждений, но на самом деле лишь подкрепляют доминирующее представление о том, что инвалидность является дегуманизирующим явлением.

И когда людей с инвалидностью не признают в качестве отдельных личностей, к нам начинают относиться как к вещам. Мы воспринимаемся как «не совсем люди», которые заслуживают только жалости и помощи благотворителей.

С другой стороны, нас жалеют и начинают хвалить. Нас рассматривают как экстраординарных и вдохновляющих просто потому, что мы живем своей обычной жизнью, "несмотря" на инвалидность.

Стелла Янг, современная активистка за права инвалидов, назвала этот распространенный феномен «вдохновляющим порно».

 Вдохновляющее порно – это название для любой пропаганды с использованием людей с инвалидностью, которая должна «вдохновлять» тех людей, у которых, на данный момент, нет инвалидности. Вдохновляющее порно используется для удовлетворения и образования людей без инвалидности.

Вдохновляющее порно напоминает людям, у которых, на данный момент, нет инвалидности, что их жизнь «не такая плохая, как кажется».  Как будто инвалидность – это самое плохое, что может случиться с человеком.

Из-за этого от людей с инвалидностью ожидают, что они будут служить образовательным реквизитом для тех, у кого на данный момент нет инвалидности. Это дегуманизирует нашу жизнь и ставит нас в положение, при котором люди считают, что мы должны вдохновлять других.

Подобное отношение очень часто встречается в феминистических пространствах и среди борцов за социальную справедливость. Для меня, как и для многих других активистов за права инвалидов, очень важно бороться с подобным отношением. Подобная дегуманизирующая риторика не должна распространяться, потому что она служит объективизации и игнорированию инвалидов.



Интерсекциональность должна включать в себя инвалидность. 
Если мы действительно хотим всеобщего равенства, мы должны учитывать интерсекциональность, и то, как наши собственные убеждения и наши привилегии  - особенно когда мы их игнорируем и не проверяем – мешает нам, как феминисткам, достичь нашей конечной цели.

Например, большинству феминисток важны репродуктивные права. Но люди с инвалидностью до сих пор сталкиваются с дополнительными проблемами в этих вопросах, и эти проблемы игнорируются. Например, многие клиники являются малодоступными, а аборты для некоторых из нас очень рискованными и слишком дорогостоящими.

Когда мы выступаем за репродуктивные права, игнорируя при этом проблемы женщин с инвалидностью, мы не можем достичь своих целей как интерсекциональные феминистки.

Мы не можем игнорировать права инвалидов, когда их нарушение является для нас настолько опасным. Ведь у людей с инвалидностью больше шансов стать жертвами насилия, изнасилований и преступлений ненависти.

Более того, мы не только должны учитывать интересы инвалидов, мы должны учитывать, как влияет на положение женщин с инвалидностью такие  вещи как раса, сексуальная ориентация, класс и т.п.

Например, я, как белая женщина, ценю достижения мейнстримного феминизма, благодаря которому я могу получать ту же зарплату, что и мужчины. Но при этом мейнстримный феминизм до сих пор не обращает внимания на то, что цветные женщины получают даже меньше меня.

И он практически наверняка оставит без внимания и тот факт, что инвалиды получают меньшую зарплату и что им в сложнее устроиться на работу, чем не инвалидам.

У цветных людей чаще бывает инвалидность. Сексуальная ориентация, гендерная идентичность и гендерное выражение инвалидов часто игнорируются.

Людей с психической инвалидностью и с психическим диагнозом в десять раз чаще помещают в тюрьму, чем в больницу.

Феминистки не должны позволить, чтобы эти интерсекциональные вопросы были оставлены без внимания в мейнстримном диалоге.


Доступность.
Чтобы показать, что вы не игнорируете права инвалидов, вы должны пригласить активистов за права инвалидов принять участие в ваших обсуждениях,  и убедиться, что вы смогли создать доступную среду.

Существует множество видов инвалидности. И даже если у нас один вид инвалидности, мы можем использовать разные виды аккомодации.

Но мы можем сделать наши пространства более открытыми, если просто будем спрашивать у участников мероприятий, какая именно аккомодация им нужна.

При этом мы не должны ждать того, что придет человек с инвалидностью и будет добиваться изменений. Мы, как союзники, должны начинать делать некоторые штуки  до того, как нас попросят их сделать, или скажут, чтобы мы их сделали. И такой «штукой» является создание максимально универсального доступного пространства.

Я имею ввиду по-настоящему доступное пространства. И да – важна каждая мелочь.

Нам надо сделать более доступным даже интернет-пространство. При размещении видео надо включить  описание и субтитры. При размещении фотографий и картинок надо делать текстовое описание изображения.

Когда мы делаем подобные вещи, мы не делаем «особых исключений» и не проявляем «особое отношение». Мы просто создаем в своих феминистических пространствах равные возможности для инвалидов. Ведь без аккомодации невозможно добиться равных возможностей! Например,  то, что вы заранее провожаете людей в пространство для переговоров очень хорошо, но я просто не смогу туда попасть без определенной дополнительной аккомодации.

И я не стыжусь своей невидимой инвалидности, но необходимость самостоятельно создавать доступные пространства и «просить помощи» может сильно напрягать. Поэтому очень важно, чтобы союзники тоже проявляли инициативу.

А что мы сейчас делаем для того, чтобы наши пространства стали более безопасными и инклюзивными для инвалидов?

***

Большинство из нас поддерживает людей с инвалидностью, но при этом даже не подозревает, насколько сильно оно способствует маргинализации инвалидов с помощью распространенных выражений.

Мы пытаемся заставить себя и своих друзей найти миллионы долларов для исследований, но при этом не создаем инклюзивное пространство даже в своих сообществах.

Настало время подойти к этому вопросы более творчески. Думаю, мы способны придумать нечто более полезное, чем какие-то глупые розыгрыши с выливанием ледяной воды на голову.

И нам нужно нечто гораздо большее, чем просто повышение уровня информирования и признание того, что мы тоже люди. Мы хотим подняться из этого ада, в котором мы сейчас находимся. И для этого надо начать с себя, заставляя себя делать все лучше!

Инвалиды заслуживают равенства и уважения. И все мы - даже вы – можете хоть немного улучшить их положение, просто подбирая правильные слова для своих каждодневных разговорах.



Сара Уайтстоун является студентом третьего курса в Университете Цинциннати. Она совмещает изучения биологии с изучением проблем женщин и молодежи. Как феминистка и инвалид, Сара с гордостью борется за создание инклюзивной среды для других американских студентов с инвалидностью. Она является основателем и президентом  фонда Sara Spins, который занимается сбором средств и повышению информирования о проблемах студентов-инвалидов. Она заядлый гурман, и она занимается йогой для того, чтобы избавиться от хронических болей. Когда она не создает полный бедлам на кухне, и не работает над своим блогом о здоровье, она любит дремать на территории кампуса, бродить по городу в поисках уличного искусства и сидеть на твиттер в @doubleOsara.