вторник, 13 июня 2017 г.

Айман Экфорд: "Обращение к ОМОНовцу"

Сотрудники ОМОНа на Марсовом поле. Они стоят не там, где стоял тот сотрудник ОМОНа, которому я посвятила это письмо. Но у меня нет его фотографии.

Уважаемый сотрудник ОМОНа,
Вы видели меня на митинге против коррупции, который проходил на Марсовом поле в День России. Помните, как ваши люди окружили толпу протестующих, которых вы задержали только за то, что они высказывали свою позицию?

Они стояли за Вашей спиной, а лицом к Вам стояли мы – остальные участники акции. Вы стояли прямо напротив меня, и, возможно, Вы меня заметили – на мне были большие наушники, а на моем рюкзаке была повязана радужная ленточка.
Я обратила на вас внимание только потому, что вы были небольшого роста, и вели себя не так, как остальные ОМОНовцы. Вы что-то им говорили, и, как мне казалось, отдавали распоряжения. Подробностей я не запомнила. Вокруг было слишком шумно.
Но мне удалось расслышать ваш разговор с одним из знакомых, потому что в тот момент Вы находились очень близко ко мне.
Вероятно, этот Ваш знакомый был одним из участников митинга против коррупции, как и я.
Вы говорили о рыбалке. И Вы жаловались ему на то, что из-за «вас» (то есть нас) Вы не можете пойти на рыбалку.  Вы винили нас в том, что мы испортили Вам выходные.

И именно эта логика кажется мне странной. Не я выбирала за Вас работу. Не я подписывала трудовой договор, зная, что работа может подразумевать смены в праздничные и выходные дни. Если бы Вы были хирургом, и в День России Вам бы пришлось делать операцию, Вы бы тоже винили больного в испорченных выходных?

Но еще более странной мне кажется даже не то, что Вы согласились работать в выходные дни, не желая работать в выходные дни, а Ваше отношение к задержанным.
Вы знали, что нарушаете закон. Вы знаете статью 31 Конституции Российской Федерации, которая гласит: «Граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование»

Вы знаете, что большинство собравшихся были гражданами Российской Федерации (а те, кто не были гражданами Российской Федерации, как и я, своими действиями не нарушали ни российское, ни международное законодательство).
Вы знаете, что эти люди собрались мирно и без оружия.
Так какого черта, простите за выражение, вы обвиняете других людей в том, что вы нарушаете главный закон своей страны?

Я понимаю, что Вы получили приказ, но Вы не могли не знать, что этот приказ противоречит Конституции.
Я понимаю, что Ваша работа заключается в том, чтобы выполнять приказы, но Вы не должны выполнять незаконные приказы.
Я понимаю, что в этом случае Вы могли бы потерять работу, но мы не виноваты в том, что эта работа для Вас так важна, что ради нее Вы нарушаете закон.
Я понимаю, что у Вас могут быть экономические проблемы, что Вы могли влезть в долги, что кому-то из Ваших родственников может требоваться срочная операция, и Вам важно сохранить работу… но такие же экономические мотивы могут быть и у грабителей, но, надеюсь, вы не отпустите грабителя просто за то, что ему были очень нужны деньги.
Я понимаю, что у Вас могут быть другие политические взгляды, но Ваши политические взгляды не играют здесь абсолютно никакой роли. Как и мои. Как и всех собравшихся, потому что здесь дело не в политике.

Дело в том, что Вы должны охранять закон, а Вы его нарушили. И что Вы, как бы иронично это не звучало, нарушили главный закон России в День России. И что никто не видит в этом ничего странного.

Вы нарушили закон. Люди на Марсовом Поле стали жертвами Вашего правонарушения. И Вы искреннее верите, что во всем виноваты они.
Это далеко не первый случай обвинения жертв, который я встречаю со стороны Российских силовых ведомств.
 В прошлом месяце меня незаконно задержали на первомайском шествии за цветной зонтик, и продержали в участке почти двое суток. Полиция обвиняла в своей ошибке меня.
Через несколько недель другой полицейский орал на меня за то, что я не могу подать заявление из-за проблем с инклюзией в полицейском участке.
И я знаю уйму историй, когда полиция обвиняла девушек в том, что они стали жертвами изнасилования, заявляя, что они, якобы «спровоцировали» парней. Иногда это приводило к тому, что девушки забирали заявления, и преступник оставался на свободе.
Я знаю случаи, когда полиция отказывалась расследовать преступления, совершенные на почве ненависти по отношению к мигрантам и ЛГБТ-людям, обвиняя жертв или их родственников в «излишней драматизации».

И знаете что? В такой стране я не могу чувствовать себя в безопасности! Как вообще можно чувствовать себя в безопасности в стране, где в преступлениях обвиняют жертв, а не правонарушителей? В стране, где бессильна даже Конституция?

Вероятно, Вы никогда не прочтете эту запись. На самом деле, я больше надеюсь на то, что ее прочтет кто-то похожий на Вас, и это заставит его задуматься.

И я не требую, чтобы Вы изменили свои взгляды или политическую позицию. Я только хочу, чтобы Вы, как и весь ОМОН, как и вся полиция, выполняли свои обязанности и хотя бы не нарушали закон.

Айман Экфорд, человек, которому не близка российская культура и у которого нет российского гражданства, но который вынужден, на данный момент, проживать на территории Российской Федерации. 


P.S. Я не являюсь сторонницей Алексея Навального, потому что я не разделяю некоторые его взгляды. Но я против коррумпированности нынешнего правительства Российской Федерации, что и стало причиной того, что я пришла на этот митинг.