суббота, 8 апреля 2017 г.

Сиан Фергюсон: "Самодиагностика психических расстройств неидеальна, но вот почему она может быть необходима"

Источник: Everyday Feminism
Переводчик: Валерий Качуров


Женщина улыбается и смотрит в свой ноутбук


Привет! У меня посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР).


Мне никогда не диагностировали его официально, но я знаю, что оно у меня есть.


Почему? Потому что мой опыт более чем соответствует критериям диагностики ПТСР.


Я так и не смогла получить профессиональный клинический диагноз. Частично из-за того, что я со всех сил пыталась найти последовательного и квалифицированного консультанта, который был бы готов диагностировать меня.


Некоторые из психиатров не хотели ставить мне диагноз, потому что не хотели, чтобы я "зациклилась” на этом диагнозе - несмотря на то, что я хотела какое-то обозначение и язык, чтобы я могла выразить свою боль.


Я решила, что мне надо определить это как ПТСР.


Я самодиагностировалась. Но это не означает, что мое ПТСР менее реально. И это определенно не означает, что оно менее серьезно, чем у официально диагностированных.


Однако многие люди скептически относятся к самодиагностике - и иногда по уважительной причине. В сообществе психиатров мы часто обсуждаем преимущества и недостатки самодиагностики. И это сложный разговор, который заслуживает больше внимания со стороны.


Вот две причины, по которым люди могут скептически относиться к самодиагностике психических расстройств:


1) Ошибочные диагнозы возможны.


Одна из самых больших проблем с самодиагностикой - вы можете неверно диагностировать себя.


Профессионалы тоже неверно диагностируют множество людей, но они, вероятно, реже допускают ошибочные диагнозы.


Я недавно говорила с человеком, который сильно подозревал у себя биполярное расстройство, но после нескольких лет терапии он наконец выяснил, что у него пограничное расстройство личности (ПРЛ).


Его самодиагноз был основан на заблуждениях о биполярном расстройстве. Он полагал, что необъяснимые и неожиданные изменения в его поведении, настроении и личности были обусловлены биполярностью, которая часто приравнивается к темпераментности, нестабильности и непоследовательности.


Такой взгляд на биполярное расстройство только укрепляется некорректной репрезентацией этого расстройства в средствах массовой информации, и тем, что мы легкомысленно используем этот термин в качестве определения чего угодно - от непредсказуемой погоды, до человека, который часто меняет свое мнение.


На самом деле, этот человек ошибочно принимал за биполярное расстройство симптомы ПРЛ.


ПРЛ характеризуется интенсивными и нестабильными отношениями, импульсивным и вероятно опасным поведением, чувством опустошенности, очень изменчивым настроением, и боязнью покинутости - все эти симптомы могут казаться похожими на наши представления о биполярном расстройстве.


И в этом случае ошибочный диагноз может быть достаточно опасен. С биполярным расстройством обращаются совсем не так, как с пограничным расстройством личности.

Также вы можете думать, что у вас психическое расстройство, если у ваших симптомов на самом деле физическая причина.


Это хорошо объяснено в этой статье:


"Одна из самых больших опасностей самодиагностики психических синдромов заключается в том, что вы можете пропустить медицинскую болезнь, которая маскируется под психический синдром. Например, если у вас паническое расстройство, то вы можете не заметить диагноз гипертиреоза или нерегулярного биения сердца. Более серьезен факт, что некоторые опухоли головного мозга могут вызывать изменения личности, психоз, или депрессию.


Если вы предполагаете у себя депрессию, и начинаете лечить ее без рецепта, то вы можете полностью пропустить медицинский синдром. Даже если вы не хотите традиционного лечения депрессии, то вам может понадобиться традиционное лечение опухоли головного мозга".

Если вам требуется какое-то физическое лечение, бесполезно пробовать методы работы с паническим расстройством или депрессией.
Это может быть физически опасно, и может помешать вам обратиться за корректным лечением.


2) Диагноз без поддержки может заставить вас чувствовать себя ужасно.


Для тех, кто интенсивно следит за своим здоровьем и симптомами, самодиагностика может стать билетом на остров паники.


Особенно если вы используете интернет для самодиагностики.


Потому что там есть много информации о психическом здоровье. И эта информация может быть полезна, но в ней может быть сложно ориентироваться.


Например, если у вас одно из расстройств личности, таких как пограничное расстройство личности или нарциссическое расстройство личности, то вы можете узнать, что эти расстройства вызывают много ненависти - даже в психиатрических сообществах.


Чтение о подобных заблуждениях может заставить вас почувствовать себя ужасно. Без руководства обученного профессионала вы можете испытать трудности с принятием себя.


К тому же, важно помнить, что диагноз не является конечной целью терапии. Ваша цель - это исцеление, и для этого может потребоваться некоторое профессиональное руководство. Если вы диагностировали что-то, но не знаете, каков следующий шаг, то в итоге вы можете чувствовать безнадежность.


Хотя, если вы диагностированы профессионалом, то тоже нет гарантии, что они смогут оказать вам поддержку, но, скорее всего, они это сделают. Если вы диагностированы самостоятельно, то, скорее всего, останетесь без поддержки и руководства профессионала.


Эти опасения актуальны и важны. И, безусловно, мы должны иметь их в виду, рассматривая тему психических расстройств.


Но тем не менее, существует множество причин, по которым люди решают самостоятельно диагностироваться, несмотря на всё это. Есть много причин, почему самодиагностика важна. И люди,  выступающие против самодиагностики, часто не учитывают эти моменты.


Итак, вот несколько причин, по которым самодиагностика может быть полезна для людей, особенно для маргинализированных.


1) Самодиагностика может помогать маргинализированным людям обсуждать их опыт.


Во многих отношениях профессиональные диагнозы обычно доступны только привилегированным людям.


Это объясняется тем, что у большинства маргинализированных людей редко есть доступ к сострадательному, всестороннему, профессиональному психиатрическому обслуживанию.


Трудно получить доступ к медицинским услугам, если у вас нет денег на их оплату; или если вы не можете далеко передвигаться, потому что у вас нет надежного доступа к транспорту; или если вы квир, транс* или интерсекс, и не можете найти психиатра, который примет ваши идентичности.


В подобных случаях крайне проблематично найти психиатра без предубеждений.


Из-за этого, осуждать людей, которые самодиагностировались - или намекать, что у них на самом деле нет психических расстройств - значит причинять боль маргинализированным людям.


2) Самодиагностика помогает принять наши расстройства.


Случилось нечто фантастическое, когда я согласилась с тем, что у меня ПТСР: Мой менталитет переключился с утверждения "Со мной что-то не так, я плохой человек" на "У меня есть расстройство, и мне нужна помощь".


Когда я вспоминала о прошлом, то начинала понимать, что оно было результатом травмы, а не результатом моей глупости. Я не была просто одержима чем-то, что случилось несколько лет назад, а у меня было психическое расстройство из-за травмы.


Точно так же знание о моей депрессии позволило мне осознать, что мне не надо "просто быть позитивной", чтобы преодолеть хроническое чувство печали и опустошенности. И знание о моей тревожности позволило мне осознать, что мне не надо "просто расслабиться и не беспокоиться", а нужен целостный, многоцелевой подход для излечения моего состояния.


Другими словами, я перестала воспринимать свою жизнь как провал, и начала пробовать излечиться.


Смогла бы я достичь такого уровня принятия, если бы ждала диагноза? Я не уверена. Но я действительно знаю, что принятие моего психического расстройства было тем, что мне необходимо было сделать, перед тем как я смогу по-настоящему принять себя.


Для многих людей осознание того, что у них есть психическое расстройство, является облегчением. Это шаг к самопринятию, и, следовательно, шаг к исцелению. Это помогает понять, что нам нужны лечение, поддержка и ресурсы,которые мы ищем,  вместо того, чтобы просто заниматься ненавистью к себе.


И если самодиагностика - это то, что нам нужно, чтобы обрести это самопринятие, то мы должны быть приветливыми и добрыми к тем, кто самодиагностируется.


3) Она помогает нам находить ресурсы и сообщество.


Самодиагностика позволяет нам связаться с другими людьми, у которых есть психическое расстройство. Мы можем сформировать сообщество, в котором мы поддерживаем друг друга и обмениваемся советами и ресурсами.


Например, если вы самостоятельно диагностировали у себя тревожное расстройство, то можете поискать в интернете "Как справиться с давлением на работе, если у вас тревожное расстройство", или "Как объяснить свое тревожное расстройство близкому человеку".


Вы можете также найти и присоединиться к группам поддержки - онлайновым или оффлайновым - для людей с тревожным расстройством, и это поможет вам чувствовать себя не так одиноко.


Борьба с психическими расстройствами может истощать ваши силы и изолировать вас. Поэтому наличие любого сообщества может быть очень ценным и исцеляющим.


Оно помогает нам меньше чувствовать себя аутсайдерами, и лучше ощущать свою принадлежность к обществу.


***


Самодиагностика - это хорошо? Естественно, что нет однозначного ответа на этот вопрос.


Но в мире, где психиатрическое обслуживание для многих людей недоступно, вполне понятно, почему люди пытаются диагностировать себя.


Лучшее, что мы можем сделать - это быть приветливыми и понимающими по отношению к самодиагностированным людям с психическими расстройствами, при этом осознавая недостатки самодиагностики.


Сиан Фергюсон - автор статей Everyday Feminism, и писатель-фрилансер на полную ставку, живущая в Южной Африке. Её работы представлены на различных сайтах, включая Ravishly, MassRoots, Matador Network и другие. Ей интересно писать о проблемах квир-людей, мизогинии, излечении от сексуальных травм и культуре изнасилований. Вы можете следить за ней в твиттере @sianfergs, и читать ее статьи здесь.